Интервью с режиссером воскресенской театральной студии «Аномалия»

Интервью с режиссером воскресенской театральной студии «Аномалия» Новости Воскресенска
Представление на сцене, игра актеров, музыка, свет и декорации – детско-юношеская студия «Аномалия» пленяет сердца зрителей с первого спектакля. В преддверии приближающегося Всемирного дня театра  Воскресенская городская информационная служба решила побеседовать с режиссером и основателем «Аномалии» Любовью Сусской о творчестве, театре и искусстве.

– Как Вы пришли к театру?

– Никогда о театре не мечтала как о профессии. Потому что всегда понимала, что те, кто на сцене, – люди удивительные. В себе я такого не чувствовала, но театр всегда был любовью, так что решила: буду просто преданным зрителем. Но не зря говорят, что все самое важное в жизни приходит совершенно случайно. После школы я выбрала совсем другую профессию, хотя тоже в сфере культуры – библиотекарь-библиограф. Однажды, мне предложили принять участие в городском конкурсе чтецов. Я не особенно хотела идти – какой из меня чтец? В колледже, где я училась, была театральная студия, которую возглавляла бывшая актриса театра имени Вахтангова. Туда я должна была прийти, чтобы  со мной немного порепетировали. К моему большому удивлению, режиссер во мне что-то увидела. После этого я начала играть в студии.  Кстати,  в том конкурсе я заняла призовое место (смеется).

– Каков Ваш первый режиссерский опыт?

– Он был в 2007 году. Пришла в свою же школу № 4, которую несколько лет назад окончила. Ребята, которых я знала, моя мама и один педагог предложили поставить спектакль. Нечто вроде – попробуй, может что-нибудь получится. Первый спектакль вышел неожиданным, все шло как по наитию. Во время подготовки было больше интересно, чем страшно. Мы с ребятами сами делали костюмы, музыку, сценарий, все это соединили, и вышел наш первый спектакль «Тайна старого замка, или Одна простая истина» по сказке Оскара Уайльда «Кентервильское приведение». Честно говоря, поначалу мы сами не поняли, как у нас родился настоящий спектакль.

– Что Вас вдохновляет?

– Все вокруг. В первую очередь то, что моя деятельность помогает людям. Мы так устроены, что в самых трудных вещах сами себе не признаемся. И искусство, в первую очередь театр, помогает нам разобраться в себе. Мы смотрим на героев, на происходящее на сцене, и перекладываем это на свою жизнь. А при создании меня вдохновляет все: погулять, послушать музыку, увидеть что-то, с кем-то поговорить. Бывает, что в голову внезапно западает какая-то мысль, которая может годами там «сидеть», и лишь спустя время оформиться в идею.

– Что Вас привлекает в театре?

– Когда я была маленькая, мне всегда было интересно, что происходит за кулисами. Не важно, что происходит на сцене, я сидела и думала – что же они там делают? Теперь-то я знаю, что там происходит. Как делаются последние приготовления, режиссер дает указания, актеры сидят, стоят, молятся перед спектаклем. Разные бывают ситуации.

А вообще в театре мне нравится думать. Я не сторонник яркого зрелища без сюжета, и это я перенесла в свой театр. Поэтому на моих спектаклях минимум декораций, костюмов, но максимум того, что может запасть в душу зрителя.

– Чем занимаетесь помимо театра?

– Свободное время посвящаю семье. В детстве меня мама пугала, что если я буду плохая, то умру в одиночестве, так что я старалась быть хорошей (смеется). Я всегда хотела семью, обычную, крепкую. Чтобы близкие люди понимали то, чем я занимаюсь, и чтобы мое дело не мешало семье. Долгое время я была одна, полностью в творчестве, но когда в жизни начали происходить определенные перемены, то разгорелась борьба. Работу пришлось отодвигать, процесс это был достаточно длительный и непростой. Еще люблю гулять, ходить по музеям, рукодельничать, встречаться с друзьями. Люблю в театр ходить, но не могу отключать внутреннего режиссера и смотреть за сюжетом.

Учусь в Московском институте культуры на театрально-режиссерском факультете. Этот же институт я окончила в 2013 году, получив специальность библиотекаря. Не думала, что вернусь туда, тем более на факультет режиссуры. Учиться надо, потому что понимаю – тот, кто учит, сам обязан постоянно учиться. Там трудно, не все получается, не все нравится, но от этого еще интересней. Мне несколько сложнее, чем однокурсникам, поскольку они люди совсем молодые и еще только начинают постигать азы этой профессии. А у меня получилось так, что я сама себя сформировала, и некоторые вещи, на которые другие смотрят, раскрыв рты, я не могу принять. Потому что у меня уже сформировалась своя позиция, которую я не могу сломать.

– А не хочется выбраться на «большую» сцену?

– Я к этому достаточно критично отношусь, потому что профессиональный театр – область для особенных людей, и ты никогда не угадаешь – избран ты или нет. Когда мне было 18 лет, я мечтала о сцене, громких аплодисментах, цветах. И однажды я наткнулась на интервью с Фаиной Раневской. У нее была очень сложная судьба, умирала она больная и в одиночестве. Она была великой, признанной при жизни, в молодости разбрасывающаяся поклонниками, но осталась одна. И меня это очень сильно впечатлило. Я поняла, что не хочу уходить из этой области, но я не пойду в профессиональный театр. Я не хочу класть свою жизнь на жертвенный алтарь искусства. Поэтому ребятам я всегда говорю, что если вы любите театр, у вас получается, то вам ничего не мешает реализовать себя на любительском уровне. Задумайтесь – готовы ли вы за десять тысяч работать в провинциальном театре и дарить искусство? Если человек готов, то пусть идет обучаться, и театр станет его жизнью. Главное – остаться человеком. Или тебя растопчут, или тебе придется топтать. У большинства детей мотивация – цветы и аплодисменты. Я же считаю своим долгом немного приоткрывать им другую сторону профессии.

Сейчас есть ребята, которые удачно поступили в театральные ВУЗы, стали одними из лучших на курсе и счастливы этим. Есть те, кто пошел совсем иной дорогой и тоже довольны. Это вопрос приоритетов.

– Актеры – очень суеверный народ. У вас есть какие-то свои традиции и обычаи?

– Самая основная и важная наша примета, что сцена живая и ее необходимо уважать. Когда ты оказываешься на ней, то попадаешь в ее власть. Не валяться на сцене, не бегать, не есть… Потому что сцена может обидеться и отомстить. Кто-то посчитает это самовнушением. Но я верю в это, в атмосферу зала. После спектакля любим посидеть и попить чай, поговорить.

– Основная цель творчества – это донести некое обращение зрителям. Каково Ваше послание?

– Доброта победит. С ней не надо идти напролом, потому что могут сильно дать по рукам. Я тоже через это проходила, когда ты любишь весь мир, а он тебя почему-то – нет, какой плохой мир (смеется). Но он не плохой, он просто разный. И доброта, которая не должна исчезнуть под натиском обид, все еще будет теплиться в душе. Без нее все погибнет. У меня был период, когда я начала давить на амбиции, на достижения, хотела быть ярче всех и быть везде. И у меня это получилось, но почему-то не было от этого сильного удовлетворения, наоборот – стало даже плохо на душе. Я поняла, что мне это не нужно. Многие говорят, что я выставляю себя напоказ. Раньше я всячески пыталась доказать обратное, теперь я понимаю, что это делать не нужно. Нужно просто работать. Поэтому мое послание в творчестве в том, что важно быть простым, добрым и не пытаться стать кем-то другим. Это трудно, и порой мне не удается, но необходимо учиться этому.

– Что хотите сказать в преддверии Всемирного дня театра?

– Людям желаю больше ходить на спектакли, больше театра в жизни города. А работникам театра – вдохновения, терпения, веры в свое дело. Ведь аплодисменты гремят максимум 10 минут, но за этими минутами стоит огромный труд. Никогда не думала, что Всемирный день театра станет в какой-то степени моим. Зато теперь я знаю, что происходит за кулисами.

Любовь Владимировна Сусская. Фото с личной страницы ВКонтакте
Беседовала Софья Копаева
voskresensk-gis.ru


Импост окна

Профайн

Добавить комментарий